ФЕВРАЛЬ 1959 ГОДА. ДЯТЛОВЦЫ. 3 страница

123456

На следующий день началась работа. Рубили скалу, подго­тавливая плоскость для закрепления на ней доски, готовили песок. Неожиданно ни на перевале, ни в ре­ке не было песка. По-видимому, он смывался бурным потоком воды куда-то вниз. Пришлось дробить камни, размельчать их в песок, необходимый для приго­товления цементного раствора.

Полтора дня напряженной работы на ветру под дождем со сне. Наконец, мемориальная доска закреплена на скале, зали­та бетоном.

Мы в последний раз выходим на перевал. Цветы кипрея ложатся к подножию остатка. Прощальный выст­рел из ружья."

Память о наших товарищах, погибших в ту страшную ночь, не тускнеет, и каждый год 2 февраля к обелиску на Михай­ловском кладбище приходят туристы, старые и молодые. К каж­дой годовщине трагедии в периодической печати появляются версии причин происшествия, фотографии и воспоминания участников поисков и туристов, лично знавших участников группы.

Туристские группы, идущие в поход по Северному Уралу, стремятся проложить свой маршрут так, чтобы посетить пере­вал «Группы Дятлова» , подойти к мемориальной плите.

Копия страниц 35- 69.


ФЕВРАЛЬ 1959 ГОДА. ДЯТЛОВЦЫ

Немногие знают, что в зимние каникулы 1959 года в один день - 23 января - в лыжные категорийные путешествия отправились несколько групп студентов четвертого и пятого курсов Уральского политехнического института.

В поход второй категории сложности по Южному Уралу группу из восьми человек повел четверокурсник метфака Михаил Шаравин. На маршрут третьей, высшей, категории сложности по Приполярному Уралу отправилась группа студентов четвертого курса УПИ под руководством Сергея Согрина. На подобные же маршруты третьей категории сложности по Северному Уралу в одном вагоне одновременно отправились группы Юрия Блинова и Игоря Дятлова. Несколько групп совершали свои походы по классическим маршрутам Среднего Урала.

Практически весь Урал в ту зиму 1959 года оказался охваченным сетью лыжных спортивных маршрутов турсекции спортклуба УПИ, и это было большим достижением студенческого самодеятельного туризма. Особенно привлекательными казались маршруты по Приполярному Уралу, где предусматривались три зимних первопроходческих восхождения на вершины гор Сабля, Неройка и Тельпосиз, а также маршрут группы Игоря Дятлова с восхождением на загадочную вершину горы Отортен, венчающей Поясовый гребень Северного Урала.

Группа Дятлова являлась одной из самых сильных и опытных спортивных групп турсекции УПИ, и руководитель ее пользовался большим уважением не только в своей команде пятикурсников и четверокурсников, но и среди туристов городской туристской секции. Пройдя необходимые контроль и проверки маршрутных книжек и паспортов участников в администрации поселка-поселения Вижай, группы Юрия Блинова и Игоря Дятлова поспешили на свои маршруты. Первая команда выходила на главный гребень Поясового Камня и направлялась к хребту Молебный Камень. Вторая команда, подъехав сначала на попутной машине до поселка 41-й и отправив рюкзаки с попутной лошадиной подводой до поселка 2-й Северный, по существу, уже начала свой лыжный марафон от предыдущего поселка, но уже не в полном составе. На самом старте заболел и сошел с маршрута Юра Юдин, студент четвертого курса экономфака УПИ, имевший солидный опыт пеших и лыжных путешествий по Уралу, Восточным Саянам, Алтаю. От поселка 2-й Северный группа Игоря Дятлова начала торить лыжню по глубоким снегам с участками наледей сначала по льду реки Лозьвы, потом ее правому притоку Ауспии и через пять дней оказалась в истоках Ауспии у подножия горы Холатчахль. Здесь 2 февраля 1959 года и прервался след группы Игоря Дятлова, которая к контрольному сроку не вышла в конечный пункт своего маршрута - поселок Вижай.



Между тем остальные группы начали возвращаться в Свердловск со своих маршрутов. Вернулись группы Ю. Блинова и М. Шаравина.

Вспоминает Евгений Зиновьев:

"Двадцатого февраля 1959 года возвращалась в Свердловск и команда туристов УПИ из успешно проведенного по Приполярному Уралу лыжного похода высшей категории сложности. Позади остались пережитые в снежных траншеях 13 холодных ночевок. Свежи еще впечатления от успешных захватывающих дух зимних восхождений на вершины гор Сабля и Неройка, от затяжной в три дня и две ночи пурги, которую мы пережидали, замурованные в снежной промозглой пещере. А когда выбрались из нее в мороз минус 32 градуса по Цельсию, то оказались подобно космонавтам, в скафандрах из смерзшейся одежды, и, что бы не замерзнуть, нужно было бежать и бежать на лыжах, не останавливаясь, с заснеженного гребня Уральского хребта вниз к спасительному лесу, к большому-пребольшому костру.

Приехали домой. На перроне станции Свердловск-пассажирская не было встречающих нас друзей. Это удивительно, и тут же узнаем тревожную весть: из похода по Северному Уралу до сих пор не вернулась группа Игоря Дятлова. Объявлены поиски!.. Как же так? Мы в один день 23 января уезжали с вокзала на маршруты, а у Игоря Дятлова к тому же был заявлен более короткий - на целых 10 дней - маршрут. Они должны были вернуться раньше нас."

Контрольный срок возвращения группы в поселок Вижай истек 12 февраля, а в Свердловске ребят ожидали увидеть к 14-15 февраля. Первыми тревогу подняли родители Л. Дубининой и Р. Слободина. 17 февраля забеспокоилась Римма Сергеевна Колеватова - сестра Саши. Начались тревожные звонки: в спортклуб, в ректорат, в горком партии...

И начались поиски. Первым 19 февраля был отправлен в город Ивдель для организации поисково-спасательных работ начальник учебной части военной кафедры УПИ полковник Г.С. Ортюков.

20 февраля 1959 года в экстренном порядке было проведено собрание турсекции УПИ. Пришли 70 человек, в том числе те студенты, которые уже вернулись из лыжных походов и те, кто только что заканчивал зимнюю сессию и собирался путешествовать в зимние каникулы. Председатель турсекции УПИ Борис Мартюшев огласил лаконичную повестку собрания: "ЧП с группой И. Дятлова!". Присутствовавшие на собрании заведующий кафедрой физвоспитания А.М. Вишневский и председатель студпрофкома В.Е. Слободин рассказали о чрезвычайной ситуации. Им даже не понадобилось призвать туристов к участию в поисках своих товарищей. Тут же началась запись добровольцев в поисково-спасательные группы. Записывали только ребят. Девчата взялись поддерживать круглосуточную телефонную связь со штабом. От желающих не было отбоя. Туристским группам была выделена материальная помощь для закупки продуктов, выдано снаряжение.

На следующий же день были мобилизованы на поиски группы Сергея Согрина и Юрия Блинова, переброшена на поиски находящаяся в том районе группа Владислава Карелина.

В институте воцарилась напряженная атмосфера тревоги и ожидания. Спортивный клуб УПИ опустел. Весь институт, а затем и город загудели как встревоженный улей. Все терялись в догадках - где ребята, что с ними?

В некоторых кругах уже появились слухи о каких-то испытаниях, якобы начавшихся в горах на севере от Ивделя. Жители северных поселков области рассказывали, что видели вспышку, слышали гул. В довершение ко всему, удивляло периодическое появление на ночном небе загадочных огненных шаров. Их в начале 1959 года наблюдали многие жители в окрестностях Н. Тагила, Серова, Ивделя. Жители были встревожены. Слухи ширилсь. Власти были обеспокоены и начали брать ситуацию под свой контроль.

А поиски продолжились. 21 февраля специальным рейсом на самолете АН-2 вылетели в Ивдель и начали облет района путешествия по маршруту пропавшей группы председатель спортклуба Лев Семенович Гордо и член бюро турсекции Юрий Блинов. 22 февраля организованный при профкоме УПИ штаб спасательных работ сформировал первые поисковые отряды из туристов и альпинистов. Один из таких отрядов возглавляет третьекурсник Борис Слобцов, другой - студент четвертого курса Олег Гребенник, третий - опытной турист выпускник УПИ Моисей Аксельрод.

Областные власти мобилизуют и военных: сначала забрасывают группу капитана А.А. Чернышева, а впоследствии группу оперативных работников с розыскными собаками под руководством старшего лейтенанта Моисеева. Позже были подключены и другие военные: курсанты школы сержантов Ивдельлага под руководством старшего лейтенанта Потапова и группа саперов во главе с подполковником Шестопаловым. Из геологоразведочной партии был командирован на поиски радист Егор Неволин, его сопровождали два охотника-оленевода манси - Степан и Николай Куриковы. Еще двое других охотников манси прибыли на оленях из Суеватпауля.

Из Москвы для экспертной оценки ситуации направляются в Ивдель опытные туристы: Бардин, Баскин, Шулешко и прикомандированные к ним из Свердловска Королев и Согрин. Для оперативного руководства поисковыми отрядами непосредственно в горах назначается опытный и авторитетный мастер спорта по туризму Е.П. Масленников.

На поиски пропавших студентов подключают военную кафедру УПИ во главе с начальником учебной части полковником Г.С. Ортюковым. На него была возложена задача координации действий всех отрядов гражданских и военных, управления полетами самолетов и вертолетов гражданской и военной авиации, поддержания связи с Е.П. Масленниковым, местными и областными властями, руководством института. Формированием и подготовкой студенческих групп к поискам занимался заведующий кафедрой физвоспитания A.M. Вишневский. К нему-то и обращались туристы с просьбой направить их группы на поиски друзей. Ответ был прост: будьте готовы, придет и ваш черед... Сам A.M. Вишневский вскоре был откомандирован в город Ивдель, где в двухэтажной гостинице разместился штаб поисково-спасательных работ.

А между тем поиски набирали свои обороты. После зимних каникул в УПИ возобновились учебные занятия. Но как могли заниматься студенты - туристы, когда их товарищи отсутствуют уже две недели. За это время у них должны кончиться все продукты. Что с ними? Этот вопрос волновал не только студентов, но и всех жителей Свердловска.

26 февраля 1959 года группа студентов УПИ, возглавляемая Борисом Слобцовым, вышла на след группы Игоря Дятлова. Вместе с проводником манси Степаном Куриковым Б. Слобцов и М. Шаравин, следуя по заявленной нитке маршрута, обнаружили лыжный след, ведущий из долины реки Ауспии к перевалу между вершиной восточного отрога с высотной отметкой 880 метров и горой Холатчахль с высотной отметкой 1079 метров, находящейся на главном гребне Поясового Камня. На границе леса лыжный след скрылся. Поднявшись на перевал, поисковики начали траверсировать склон горы Холатчахль в направлении к вершине г. Отортен.

Михаил Шаравин первым заметил на заснеженном склоне горы Холатчахль (1079 м) темный угол почти занесенной снегом палатки с торчащей стойкой. В палатке обнаружили телогрейки, лыжные ботинки, одеяла, фотоаппараты, фляжку со спиртом, рюкзаки, часть продуктов и другие вещи. Под днищем палатки - лыжи, уложенные перпендикулярно длинной оси палатки и гладкой скользящей поверхностью, обращенной кверху.

Из воспоминаний Б. Слобцова и М. Шаравина

"Палатка располагалась на пологой части восточного склона горы Холатчахль в 300 метрах от вершины и установлена была на заранее подготовленной заглубленной площадке, защищенной от западных ветров стенкой из снежных брусков и насыпанного снега.

Один торец палатки был ориентирован на юго-восток к перевалу в долину Ауспии, другой - на северо-запад в долину Лозьвы. Людей в палатке не оказалось, но вниз в долину Лозьвы уходили следы. Они начинались от торца и продольного разреза в боковой стенке палатки и шли параллельно, то расходясь, то сужаясь. Следов насчитывалось местами восемь, а местами девять пар. И спускались они вниз как будто двумя шеренгами то сближаясь, то расходясь, а длина шага составляла около метра. Среди них были следы разутых ног, но в носках, некоторые отпечатки оставили валенки, местами был различим отечаток каблука лыжного ботинка. При этом следы столбиками возвышались над продуваемой ветрами поверхностью склона. Спускаясь вдоль следов, ведущих от палатки по направлению к заметно возвышающемуся на склонах отрога разлапистому кедру, мы сначала потеряли, а через некоторое расстояние вновь обнаружили следы, которые появились уже в березовом подлеске и вели вниз вдоль ведущего к Лозьве оврага. И снова тщательно проглядывая местность, Михаил заметил вблизи кедра темный предмет. Перед кедром была ровная площадка, а на ней остатки костра, вблизи в 2-3 метрах обнаружили замершего Юру Дорошенко, раздетого, с обожженными руками, а несколько в стороне Юру Кривонищенко в подобном же состоянии.

Удрученные увиденным, с рухнувшей на благополучный исход надеждой, мы вернулись к своей палатке в долине реки Ауспии. По рации в Ивдель ушла информация о трагических находках. Штаб предписал всем группам поисковиков сосредоточиться в лагере на берегу реки Ауспия и приступить к поискам остальных "дятловцев"."

Эта скорбная весть немедленно долетела до Свердловска. Трудно, очень трудно было смириться с мыслью, что эти двое добродушных, подвижных, оптимистичных ребят ушли из жизни.

Из воспоминаний Е. Зиновьева

"С Юрой Дорошенко мы совершили первый в своей жизни категорийный лыжный поход по Среднему Уралу. Нас было 20 студентов второго курса. Юра был руководителем этого похода. Выбранный им маршрут проходил сначала вдоль реки Чусовой от Староуткинска до села Мартьяново. Наиболее впечатляющим оказалось радиальное восхождение на гору Старик-Камень. На спуске впервые познали чувство взаимовыручки, поддерживая не умеющих еще спускаться на лыжах девушек. И вспоминается, как в нашем агитконцерте перед местными жителями Боб Мартюшев и Юра Дорошенко мастерски сыграли сцену из чеховского "Злоумышленника". И еще нас с Юрой Дорошенко сдружили походы по Восточному Саяну.

В период 1957-58 годов туристская секция спортклуба УПИ стала самой многочисленной, массовой и популярной в институте, готовила самое большое количество спортсменов. Вместе с тем она нуждалась в опытных руководителях массовых и спортивных походов. Так и оказалась на Восточном Саяне наша команда в составе Юрия Дорошенко, Юры Юдина, Бориса Мартюшева, Саши Ивлиева, Гали Радостевой, Люси Киселевой и автора этих строк, которому впервые было доверено руководство пешеходным походом 2 категории сложности. По параллельному маршруту с нами взаимодействовала команда первокурсников, руководимая Вадимом Брусницыным. Из этого похода мы возвратились как будто заново родившимися людьми: сплоченными, возмужавшими, наполненными яркими впечатлениями. Одно из них: к нам на лесную опушку, заросшую черничником, под вечер, когда ставились палатки и разжигался костер, пожаловал вдруг большой бурый медведь. Об этой неожиданной опасности возвестил истошный крик Юры Дорошенко. Сам он, не долго думая, неустрашимо двинулся к зверю с геологическим молотком в руках. Мы не могли не поддержать отважного нашего товарища и с улюлюканьем "даешь мишку" дружно оросились к медведю - кто с топором, кто с ножом, кто с палкой. Плотоядный мишка, мирно промышлявший сладкую черничку, не выдержал психической атаки и, роняя пропущенные через себя черничные "лепешки", спешно ретировался. Юра Дорошенко не долго преследовал зверя, но возвращался к стоянке уже с видом победителя, смелым, отважным, переборовшим страх человеком.

С Юрой Кривонищенко связаны более ранние воспоминания периода туристского рождения. Туристское "крещение" нас, новичков, состоялось в трехдневном ноябрьском походе 1956 года на классическом пешеходном маршруте: станция Кузино - Нижнее село - село Трека - село Каменка - станция Кузино. Одним из организаторов этого массового похода приблизительно из пяти десятков студентов был Игорь Дятлов. Довольно часто проложенный Игорем с помощью компаса и карты маршрут приводил толпу к излучинам реки Чусовой, обрамленным красавцами утесами: "Шайтан", "Сенькин", "Висячий", "Сокол". Струны мандолин, послушные в руках Коли Попова и Юры Кривонищенко, извлекали мелодии то песен, то старинных вальсов, звали к танцам на льду.

Чем не паркет и колонный зал? В тот раз после появления фотоснимков похода, которые мастерски делали Игорь Дятлов, Коля Тибо-Бриньоль и Люда Дубинина, нас, "крещеных" новичков, позвали отметить это событие песнями и массовым чаепитием на квартиру Юры Кривонищенко. В небольшой комнате Юры собрались практически все участники ноябрьского похода и яблоку некуда было упасть. Юра Кривонищенко вырос в интеллигентной семье. Такие студенческие чаепития поощрялись его родителями и еще более сплачивали нас, второкурсников, с более старшими и опытными товарищами. Юра Кривонищенко участвовал во многих категорийных походах Игоря Дятлова и был его надежным другом.

Думая впоследствии об этих самых здоровых и сильных в группе парнях, неподвижно распростертых невдалеке от погасшего костра, невольно содрогаешься - какую миссию они взяли на себя, поддерживая гаснущее пламя на пронизывающем всеми ветрами и лютым холодом пятачке под кедром?! Какую нечеловеческую силу и волю пришлось им сконцентрировать, чтобы, влезая на кедр, ломать и бросать в огонь все новые и новые кедровые сучья толщиной в человеческую руку. И какие адские боли выпало перенести этим ребятам, чтобы обожженными руками, своими телами ломать сучья, падать вместе с ними, оставляя клочья живой еще кожи на других ветках кедра, срывать сучья и поддерживать этот факел! "

Но вернемся к поискам. В лагерь на р. Ауспия уже сходились и разбивали свои палатки несколько поисковых групп: Блинова, Карелина, Аксельрода. Слабая надежда обнаружить дятловцев живыми рухнула. Нужно было искать остальных.

Утром 27 февраля прилетевший из Ивделя вертолет высадил проводников с розыскными собаками. С их помощью в 850 метрах от палатки на склоне под десятисантиметровым слоем наметенного снега была обнаружена Зина Колмогорова. Она лежала на правом боку, одетая, но без обуви. Положение туловища, рук и ног выражали движение к палатке.

"Зина Колмогорова после окончания средней школы, а затем ремесленного училища в 1954 году поступила на радиофак УПИ. Учеба в институте давалась трудно. Но своим упорством она затмевала даже учившихся в институте китайцев, с которыми приходилось сталкиваться в библиотеке института. Только после ухода из общего читального зала отзанимавшихся допоздна азиатских товарищей Зина вставала из-за стола и последней покидала библиотеку. Зина была удивительным, щедрой души человеком, любимицей турсекции УПИ. С Игорем Дятловым она училась на одном курсе, на одном радиотехническом факультете. И, естественно, не без участия Игоря попала в турсекцию. Практически все зимние и летние каникулы проводила в лыжных и пеших походах. Зина добровольно взвалила на себя груз организационно-массовой работы в турсекции УПИ. Вела учет и агитацию по приему в турсекцию новичков, подготовку значкистов. Здесь ей не было равных. Находясь в гуще ребят, будь то в институте, на соревнованиях по туризму или на маршруте, Зина тормошила и приводила в движение всех, становясь застрельщицей любого дела и душой коллектива. На третьем курсе Зина отправилась в сложный поход по Горному Алтаю. В районе Телецкого озера ее укусила ядовитая змея. Спасла её семья лесничего, прикладывая к ранкам от укусов змеи сыворотку от простокваши. Зина мужественно перенесла это болезненное критическое состояние, но очень переживала за задержку группы на маршруте. "

Из воспоминаний Е. Зиновьева:

"В период зимних каникул 1958 года сумела сходить в лыжный поход по Северному Уралу. Зина была гордостью всей турсекции УПИ. Она была желанной в любой туристской группе, отправляющейся в любой маршрут. 5 декабря 1958 года Зина вместе с Игорем Дятловым организовали массовый агитпоход турсекции в Смолинские пещеры, где участвовало рекордное количество туристов - приблизительно около 75 человек.

По традиции в школе деревни Смолино дан был удачный агитконцерт для местных жителей. И, как всегда, было весело. Освоение Смолинских пещер заканчивалось веселыми играми, шутками у большого костра. На следующее утро мы неольшой группой, в которую входили Игорь Дятлов, Зина Колмогорова, Слава Хализов, Люда Блинкова, Тамара Заикина и автор этих строк, совершили 25-километровый лыжный маршбросок из деревни Смолино до села Клевакино, где проживали мама и родня Зины Колмогоровой. Пришли усталые уже в темноте. Хорошо и душевно попели, переночевали, а на следующий день были в Свердловске. Начиналась подготовка к зимней сессии и одновременно к проведению лыжных походов по Уралу, в том числе и этого, оказавшегося трагическим, выхода к горе Отортен. "

Приблизительно в один день с Зиной в 300 метрах на склоне выше кедра манси нашли тело руководителя похода Игоря Дятлова. Игорь лежал на спине головой в сторону покинутой палатки, без головного убора, занесенный снегом, рукой как бы охватывая стволик березки. Игорь был одет достаточно тепло: кальсоны, лыжные брюки, ковбойка, свитер, меховая безрукавка, на одной ноге носок шерстяной, на другой - хлопчатобумажный. Видимо, в этой одежде и покидал спешно палатку с прерванной холодной ночевкой, а потом - пытался вернуться к палатке вслед за Зиной.

Игорь Дятлов к моменту выхода на маршрут находился в пике своей спортивной и физической формы. В тактическом отношении он наметил безупречно правильный маршрут: с сооружением лабаза в верховьях р. Ауспия, радиальным выходом на горы Отортен с облегченным грузом сначала траверсом пологой части северного склона горы "1079" и затем прямо по гребню Поясового Камня, используя легкопроходимый твердый фирн, и с возвращением тем же путем обратно. Этот вариант предусматривал, при необходимости, легкий спуск с гребня до полосы леса к долине Лозьвы, где можно было бы устроить теплую ночевку с печкой. Таким образом, спланированный радиальный выход мог быть выполнен за два-три дня. Дальнейшим маршрутом предусматривалось пройти от лабаза в верховья р. Ауспии, подняться на гребень главного хребта Поясового Камня и по западным его склонам двигаться в направлении на юг до горы Ойка-Чакур. Это была самая южная точка маршрута, от которой предстоял выход на восток в поселок Вижай, где начинался и должен был закончиться маршрут.

"Руководитель похода Игорь Дятлов, несомненно был незаурядной личностью. Он рос в многодетной семье, проживающей в городе Перво-Уральске. Очевидно, от отца, механика по профессии, работавшего на заводе "Хромпик", Игорю передалась склонность к технике, а от матери, трудившейся в клубе имени Ленина, общительность, доброта и расположенность к людям. По воспоминаниям младшей сестры Людмилы, родительский дом был напичкан техникой. Игорь сам смастерил телескоп и следил за полетами первых искусственных спутников. Увлекался радиолюбительством, собирая самодельные приемники и даже радиостанцию. Эта страсть, видимо, и привела его на радиотехнический факультет УПИ, где он наряду с обучением занимался научной работой и подавал большие надежды, так как получил предложение остаться на кафедре еще до защиты диплома. Еще в школе Игорь увлекся фотографией, и его снимки отличались художественным вкусом. Но самой большой страстью Игоря стало увлечение самодеятельным спортивным туризмом.

Здесь, в родительском доме, зачастую перед походами собирались его друзья. Изготовлялась походная печка, сшивалась сдвоенная длинная палатка. Игорь буквально с первого курса попал на "туристскую тропу". Этому немало способствовал его старший брат Слава, который учился в УПИ на два курса старше и ходил в походы в одной компании с известными туристами Анатолием Григорьевым, Володей и Валей Полуяновыми. Уже в 1956 году Игорю Дятлову крупно повезло. Он попал на Восточный Саян в составе сборной туристской команды Свердловской области под руководством В. Королева и получил в этом путешествии огромный опыт. Чего стоило восхождение на самую высокую вершину Восточных Саян - пик Грандиозный. А сплав с шестом на саликах по порожистому Кизиру останется уникальным явлением в истории Свердловского туризма. На сплаве Игорь впервые пытался применить свою самодельную рацию.

Игорь Дятлов, безусловно, являлся самым активным действующим спортсменом и одним из лучших организаторов самодеятельного и массового туризма в институте. Конечно, в его команду нелегко было попасть. Он предъявлял высокие требования не только к физическим кондициям ребят: выносливости, физической силе, но и к моральным качествам человека: совместимости, общительности, терпеливости, способности восхищаться и радоваться природе, вносить в коллектив свежую струю, умению петь, веселиться, играть, расслабляться. Посмотрите на его замечательные фотографии. В них не только великолепно композиционно построенные пейзажи, но предстают динамика маршрута, мастерски отснятые сценки отдыха в виде акробатических пирамидок, групповых и индивидуальных портретов. Игорь не просто отбирал, он готовил ребят к трудным походам. Например, перед Саянскими выездными лагерями в марте - апреле перед весенней распутицей выезжали с ним на склоны горы Волчихи, учились ходить в связках по скалам и заснеженным склонам, познавали секреты ориентирования на местности, устраивали холодные ночевки. Игорь не мог взять каждого в свою команду, отправляющуюся в категорийный поход, но формировал из студентов группы, уже подготовленные к самостоятельному прохождению маршрутов. Причем делал это с искренней заботой и доброжелательностью. "

28 февраля радиограмму об обнаружении четырех трагически погибших "дятловцев" приняли по телефону круглосуточно дежурившие в спортклубе УПИ студентки-туристки. А по институту и по городу уже поползли новые слухи о возможном убийстве студентов бежавшими заключенными Ивдельлага, или... охотниками манси.

В это же время, 28 февраля, прилетевшие военным вертолетом из Ивделя следователи начинали внешний осмотр палатки и найденных трупов. В качестве свидетелей и понятых привлекаются некоторые военные, манси, руководители и участники поисковых групп. Разрезанная изнутри палатка свидетельствовала о том, что ребята покидали ее в панике. На бедную голову еще не похороненного руководителя группы Игоря Дятлова "посмертно" посыпался град камней. Чаще всего они исходили от некомпетентных в туризме людей, всякого рода чиновников и представителей властей. Но прослеживается и непонятная линия, направленная на искажение действительной картины, умолчание фактов, событий и результатов экспертизы в целях искажения истиной причины гибели "дятловцев", сохранения секретности вокруг "огненных шаров" и "государственной тайны".

Запутыванию истинных причин трагедии немало способствовали и сами туристы, плодя нелепые версии и предположения, игнорируя очевидные факты, показания очевидцев, свидетельства происходящих явлений.

4 марта по пути подъема от костра к палатке приблизительно в 500 метрах от кедра проводники нашли под снегом Рустема Слободина. Положение его тела напоминало позу человека, движущегося вверх к недосягаемой палатке. Сравнительно тепло одетый - в майке, в нательной с начесом трикотажной рубашке, ковбойке и хлопчатобумажном свитере - Рустик производил впечатление человека, который провел в палатке холодную ночевку и готовился к выходу наружу, ибо один валенок был уже на ноге, а вторую ногу собирался обуть, но не успел. Об этой готовности свидетельствовали также застегнутая на все пуговицы ковбойка, застегнутый на английскую булавку накладной карман с паспортом, деньгами и авторучкой, а так же находящиеся в других карманах перочинный нож, коробка спичек, расческа в футляре и карандаш. Видимо, что-то помешало Рустику надеть второй валенок и заставило экстренно покинуть палатку. Возможно, он был дежурным и уже приготовил для выхода китайский фонарик, который и был обнаружен потом за палаткой.

Интересно говорит о Рустике его старший брат:

"Наши родители длительное время проживали в Средней Азии. По имени одного из национальных народных героев и был назван родителями родившийся в нашей семье Рустем. Летом, за полгода до трагедии, Рустик вместе с нашим отцом приехали ко мне в геологоразведочную партию в Киргизии. После этого они вдвоем совершили горно-пешеходный переход через горы западного Тянь-Шаня из Фрунзе в Андижан".

Из воспоминаний институтского однокашника Рустема Ю.В. Зубкова:

"Рустем вел активный, спортивный образ жизни, был заводилой всех спортивных и туристских мероприятий. Если случалось выезжать на уборку картофеля и шел дождь, ребята сидели, играли в карты, а Рустем же надевал кеды и устраивал кросспоходы. "

Стоит лишь подивиться заряду воли, ответственности и запасу физической энергии Рустика Слободина, который, несмотря на полученную скрытую травму черепа, продолжал бороться за существование группы, устремясь за продуктами, одеждой и обувью к покинутой палатке.

Р. Слободина погрузили в военный вертолет и отправили на обследование в г. Ивдель на судебно-медицинскую экспертизу...

А тем временем в Свердловске... Установленный в спортклубе телефон накаляется. Непрерывно звонят родители, родственники, незнакомые люди, всех интересуют новости и подробности. Девчата старшекурсницы круглосуточно не отходят от аппарата, стараясь не пропустить от А.М. Вишневского из Ивделя важных сообщений. В рабочем журнале фиксируются так же каждый звонок и содержание разговора с любым абонентом. Народ кипит, посылает гневные письма и запросы в Москву, в ЦК КПСС. 28 февраля даже создана поисковая Чрезвычайная Комиссия Свердловского обкома КПСС во главе с заместителем председателя облисполкома Павловым. Принято решение продолжать поисковые работы до конца.


9031805043205502.html
9031822232564831.html
    PR.RU™